Матери Беслана поставят Путина на колени

Захват школы сделал из пищевого технолога правозащитного активиста

«У власти в России находятся жестокие люди. На самом деле они трусы, потому что отважный человек никогда не будет жесток. Не стоит бояться столь аморальных людей.»

В прежней жизни Элла Кесаева содержала в северо-осетинском городке Беслан собственный бар и работала химиком-технологом пищевого производства на винзаводе.

«Я работала как лошадь.»

На винзаводе она наблюдала за качеством продукции наподобие дегустатора, пробовала и выплевывала.

«Я была женщиной, которая разбиралась в пиве и водке, хотя сама не пью,» – смеется Элла.

Ее дочь ходила в школу, которая находится в паре сотен метров от дома. Первое сентября 2004 года были в школе праздником первого звонка. Муж Эллы пошел с дочерью и племянниками в школу заранее.

«Я последовала за семьей. Между домом и школой расположена железная дорога. Передо мной остановился поезд. В промежутках между товарных вагонов я видела, как террористы бегут к школе. Я бросилась бежать туда же, но милиционеры схватили меня за шиворот и удержали.»

Официальные лица утверждали, что заложников было 300 человек. Элла и ее сестра написали на белых простынях: «Вам лгут. Заложников больше 800!»

«Мы показали эти простыни телекамерам и газетным репортерам,» – рассказывает Элла.

Всё окончилось штурмом российской армии.

Другая жизнь

Элла обрела назад живой только свою дочь Зарину. В Беслане люди спрашивали, почему российская армия расстреливала наших детей? Журналистка Анна Политковская посоветовала близким жертв добиваться своих прав. Так родилось неправительственное движение «Голос Беслана» и Элла Кесаева стала его сопредседателем.

«Было совершенно ясно, что я не смогу жить как прежде. Это две совсем разных жизни.»

В детстве Кесаева мечтала выучиться на юриста. Она принялась изучать законы и теперь посвящает всё свое время расследованию бесланского дела. Год назад они подали против государства России первый иск. Сейчас их уже более 40, и часть подана в Европейский суд по правам человека. Они требуют полноценного и беспристрастного расследования захвата школы.

«Я долго винила себя. Почему я осталась в живых, когда мой муж и племянники погибли? Теперь думаю, что я выжила чтобы выяснить, что произошло в Беслане на самом деле.»

Матери Беслана против Кремля

Официальные лица пытались принудить заглушить «Голос Беслана» уголовными делами и запугиванием. Преследование достигло масштабов, которые пробудили в России совесть. 30 известнейших деятелей правозащитного движения потребовали прекратить травлю.

«У власти в России находятся жестокие люди. На самом деле они трусы, потому что отважный человек никогда не будет жесток. Не стоит бояться столь аморальных людей,» – убеждает Кесаева по приезде в Свеаборг.

Свою дочку Зарину она устроила в безопасное место, в московский лицей Ходорковского. Там обучаются многие из выживших в теракте детей.

Защитой бесланских активистов служат также родственники жертв теракта.

«500 человек готовы окружить здание Прокуратуры.»

Три года назад они своими телами перегородили федеральную трассу «Кавказ».

«Когда меня пришли задерживать, стражи закона устыдились и отворачивали лица и просили: Элла прости нас.»

Положение матерей на Кавказе еще столь защищено, но в назначенное Москвой региональное руководство материнство уже не трогает. Против Москвы и обращен обвинительный перст «Голоса Беслана». Они требуют к ответу того, кто отдал приказ о начале штурма. По российским законам, это мог быть только президент, т.е. Владимир Путин.

«И нет такой силы, которая могла бы остановить нас!»

Лишь матери, могучие надеждой

«Голос Беслана» хочет знать, кто отдал армии приказ штурмовать школу. В день штурма уже были запущены переговоры с террористами относительно освобождения детей.

«Сейчас уже показано, что штурм начался с выстрелов семи танков, после чего из 17 огнеметов был открыт огонь по школе. Мы хотим знать, дал ли Путин разрешение использовать танки и огнеметы против школы.»

Организация уцепилась за высказывания Владимира Путина в Ле-Монд. Там он объявил весной, что с террористами переговоры не ведутся. Матери подали на это высказывание иск, указывая на завершение кровавой бани Беслана.

Организация уже четыре года требует независимого правосудия и расследования того, сколько заложников погибло от пуль армии и сколько от пуль террористов. Кесаева удивляется, почему жертвам не сделали вскрытия тел.

«Сейчас не имеется доказательств, что заложники погибли от пуль террористов. По оценкам официальных лиц, по школе было сделано 7200 выстрелов, по нашему мнению, их было больше,» оценивает Кесаева.

Когда со стороны Российского государства не прозвучало разъяснений, «Голос Беслана» подал несколько исковых заявлений в Европейский суд по правам человека в Страсбург. Кесаева рассказывает, что они предоставили туда весь свой материал, в том числе свидетельские показания очевидцев.

«Мы больше не ждем хорошего преемника в Кремле. Мы полагаемся на собственные силы и Европейский суд по правам человека!»

Их опора – родители и деды и бабушки жертв теракта, которых 1500 человек.

Кровавая баня Беслана

* 1 сентября 2004 порядка 30 террористов захватили школу и взяли детей и их родителей в заложники.
* Захватившие требовали в т.ч. вывода российских войск из Чечни.
* Заложников было свыше 800.
* 3 сентября официальные лица России начали переговоры с террористами.
* В тот же день спецназ произвел штурм школы.
* Погибло свыше 300 заложников, из них больше половины детей.
* Большинство террористов были убиты при штурме, но руководитель отряда был осужден на пожизненное заключение в мае 2006 года.
* Теперь от школы остались только руины.

Автор: Томи Оравайнен
Источник: ИА «STT», 30.06.2008

[Перевод: Керкко Паананен]

FacebookTwitterGoogle+LinkedInVKWordPressBlogger PostLiveJournalTumblrTelegramWhatsAppSMSEmailGoogle GmailOutlook.comMail.RuPrintFriendly

Leave a Reply